«Основной поток зрителей идет на “вау-эффект”»
Фото: Мария Чернова / «Русская планета»

Фото: Мария Чернова / «Русская планета»

Как построить в Сибири частный планетарий и за год сделать его центром популярной науки

В рамках серии материалов об успешных бизнес-проектах в российских регионах и об их владельцах, которые никуда не собираются уезжать, «Русская планета» публикует историю частного иркутского планетария. Официально он открылся только год назад, но уже проводит масштабные проекты: наблюдение за космическими объектами в городе и за городом, открытые лекции, показ мультфильмов о космосе. Исполнительный директор Дмитрий Семенов рассказал нашему корреспонденту, как сделать научный проект коммерчески привлекательным.

– Почему Иркутский планетарий оказался частным? Обычно это госпроекты.

– Вообще-то изначально и планировалось частно-государственное партнерство. Когда только готовился проект планетария, губернатор Иркутской области в то время, Дмитрий Мезенцев, был согласен на сотрудничество с ГК «Метрополь» Михаила Слипенчука. Мы с Михаилом познакомились случайно, я рассказал ему, как мы восемь раз пытались построить планетарий и ничего не выходило. Он на это сказал: «Ну, давай попробуем в девятый. У меня вот есть интерес в 130-м квартале». Выяснилось, что до этого он планировал на этом месте строить небольшой музей Байкала с кафе или гостиницей на втором этаже, но идея с планетарием ему понравилась больше. В итоге сначала, как и планировали, здание построил инвестор, а когда дошло дело до наполнения планетария оборудованием, губернатор сменился, и помочь никто не смог. И планетарий оказался полностью частным, — говорит Семенов.

Открыли планетарий довольно быстро на фоне известных иркутских долгостроев: 9 сентября 2010 года на Байкальском экономическом форуме было официально объявлено, что проект состоится, а 20 февраля 2015 года состоялось открытие.

– Он сейчас в основном цифровой, поэтому нам нужно было вписать и проекторы, и мощные компьютеры для демонстрации фильмов. Фактически проекторы работают киношные, то есть ничего в них экстравагантного нет. Но пришлось на них ставить специальную оптику, чтобы они могли транслировать изображение не на плоскую, а на полусферическую поверхность, — перечисляет исполнительный директор. — Какие еще нюансы? Ну вот, например, мы с вами в лифте только что ехали. Это ведь не обязательная опция для четырехэтажного здания. Для бизнеса это лишние траты, но поскольку планетарий — объект социальный, куда приезжают люди разных физических возможностей, человек на коляске должен спокойно подняться к телескопу в обсерваторию.

Фото: Мария Чернова / «Русская планета»

Фото: Мария Чернова / «Русская планета»

Общий объем инвестиций точно Семенов назвать затруднился, но заметил: на пресс-конференции в 2010 году Слипенчук признался, что проект будет стоить порядка 3 млн долларов.

– Уложиться в эту сумму, правда, не получилось. Одно только оборудование планетария обошлось нам в 30 млн рублей на момент поставки. Сейчас это, конечно, уже другие цены.

– По статистике, итоговые вложения в проект от запланированных увеличиваются примерно на треть. У вас так же получилось? Еще плюс миллион долларов?

– Еще больше. При этом мы, к счастью, все успели закупить до скачка валютных курсов. Боюсь, сейчас бы мы планетарий не построили.

– Откуда берете экспонаты и трансляции для музея, фильмы для планетария?

– Вот эти съемки со спутников (трансляция в музее планетария. — Примеч. РП) нам предоставляет обсерватория госуниверситета. Обмен контентом идет постоянно. Так как астрономов не так уж много, у нас в порядке вещей такое «перекрестное опыление». Авторских прав в науке как таковых не существует, поскольку обмен информацией между учеными — и есть их жизнь.

– А экспонаты музея?

– Мягко выражаясь, это все взято в долг: предоставлено Музеем истории мироздания из подмосковного города Дедовска. Часть экспонатов — из комитета по метеоритам института геохимии Российской академии наук. В этой спецорганизации, ведающей исследованиями метеоритного вещества, метеориты сначала распилили, изучили, а теперь нам передали образцы для демонстрации. Вот, например, обломок Сихотэ-Алиньского метеорита, переданный именно для хранения и экспозиции в планетарии Иркутска. Что касается контента для самого планетария, есть такая проблема, как дефицит качественных фильмов. В большинстве своем они иностранные, и мы часто сталкиваемся с тем, что в них российская наука либо подается неадекватно, либо вообще не упоминается.

Вот в новосибирском планетарии был инцидент, чуть до драки с директором не дошло: до такой степени один из посетителей, бодрый такой ветеран-авиатор, был возмущен одним из фильмов про космонавтику. В том фильме Гагарин был показан эдаким легкомысленным везунчиком. И если оценить эту ленту со стороны — в нашей стране его показывать, действительно, нельзя.

Сами мы сделали один фильм — «Лики Солнца», он уже в прокате. Сценарий написан по книге астрофизика Сергея Язева, я занимался организацией съемок, которые велись преимущественно на базе иркутского научного центра Сибирского института земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн. Новосибирский планетарий съемки профинансировал и прислал съемочную группу, они же смонтировали. Один такой фильм стоит в производстве миллионы рублей. Вот упомянутый новосибирскому планетарию обошелся, думаю, миллиона в полтора-два. Причем фильм-то недлинный, научная короткометражка примерно в 12 минут.

По признанию Семенова, 95% всех доходов музейного комплекса «Ноосфера» зарабатывает планетарий.

– Пара процентов в ту или другую сторону, в зависимости от сезона. Но практически в любой месяц 90%, не меньше, планетарий стабильно приносит. За первый год работы мы достигли оборота в 14 млн рублей.

– Какие прогнозы на второй год?

– Хорошо, если мы удержим эти показатели. Ведь такого эффекта, как на старте, когда в планетарий невозможно бывало попасть, уже не будет. Во-вторых, посмотрите вокруг: сколько вы найдете бизнесов, которые удержали планку прошлого года? Но даже этих результатов недостаточно, чтобы быть коммерчески успешным предприятием. У нас чрезвычайно дорогое оборудование, его очень дорого обслуживать, а мы как коммерческое предприятие платим еще и налоги. К примеру, из упомянутых 14 мы четыре миллиона рублей отдадим на налоги.

Регулярные расходы планетария мы, конечно, покрываем. Живем на полном хозрасчете. Но они достаточно велики для того, чтобы заниматься подсчетами, через сколько лет можно покрыть все инвестиции, вложенные в проект.

Так, к примеру, мы не только кино показываем, у нас на каждом сеансе работает живой лектор: то есть сначала идет программа, а потом еще столько же времени наш сотрудник поясняет и дополняет ленту. Эта образовательная составляющая фактически «съедает» время еще одного такого же показа. Но не будь у нас лекций, мы попросту превратились бы в кинопрокат.

Поэтому мы думаем не как инвестиции поскорее вернуть (хотя инвестор на это в глубине души, конечно, рассчитывает), а распределяем оставшиеся от самых необходимых трат средства на создание новой программы или готовим бартер для того, чтобы получить фильм или мультфильм в прокат. Если мы не будем этого делать — да, возможно, потихоньку начнем отбивать траты инвестора. Но тогда через полгода к нам просто перестанут ходить люди. На одних образовательных программах далеко не уедешь, основной поток зрителей идет на «вау-эффект».

По словам Семенова, повторить успех первого года планетарию будет трудно еще и по той причине, что в первый год они «работали на всем готовом».

– У нас был весь необходимый минимум: оборудование на гарантии, плюс мы сразу закупили прокат аж девяти фильмов. Для России это уникально. Для сравнения, Новосибирск закупил в тот год всего 2–3 фильма. При этом программы стоят очень серьезных денег. Допустим, рисованный «Полярис» нам обошелся в 300 тыс. рублей, но это детский мультфильм и с ограниченной лицензией на год. У упомянутых девяти фильмов лицензии вообще на 3–5 лет, этого более чем достаточно. Информация в большинстве программ спустя пять лет уже перестанет быть актуальный.

– Сколько нужно новых фильмов для хорошей посещаемости?

– Минимум четыре в год. К каждым каникулам должна быть премьера. Вот мы сделали свою полнокупольную программу «Чудовища Млечного пути» авторства Язева, она уже несколько раз была успешно прочитана и до сих пор дает полный зал. Понятно, что бесконечно это длиться не может. Ее создание у нас заняло три месяца, в деньгах — это были только расходы на зарплату сотрудников.

Еще нас очень выручило оборудование, которое мы имеем. Оно не только показывает кино, с его помощью можно генерировать видеоряд. Программа не только звездное небо показывает, она является хранилищем всей информации, доступной по астрономии. Она, конечно, не единственная, этот рынок очень конкурентен. Есть, к примеру, российский аналог — программа-планетарий «Стеллариум», но там еще требуются доработки, надо было ждать.

Кстати, мы могли тогда пять лет потратить, подождать и собрать практически все российское в своем планетарии, если говорить на тему импортозамещения. Все, кроме проекторов, пожалуй. Но если серьезно поставить железный занавес, планетарий проработает от силы три месяца. Просто нет в России производства таких ламп, которые нужны в проекторы. 

«Мне попадались только отзывчивые и гостеприимные люди» Далее в рубрике «Мне попадались только отзывчивые и гостеприимные люди»Как иркутянка проехала от Байкала до Крыма за 97 дней и 20 тысяч рублей автостопом Читайте в рубрике «Титульная страница» Назван лучший российский фильмШедевры Никиты Михалкова, Федора Бондарчука и Андрея Звягинцева в список не попали Назван лучший российский фильм

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»