Обыкновенная ненависть к фашизму
Мемориальная доска Михаилу Ромму в Иркутске. Фото: АС Байкал ТВ

Мемориальная доска Михаилу Ромму в Иркутске. Фото: АС Байкал ТВ

О знаменитом режиссере Михаиле Ромме говорят его земляки-иркутяне

Фильмы Михаила Ромма — «Девять дней одного года», «Убийство на улице Данте» и особенно «Обыкновенный фашизм» — известны всему миру. В своей «Лениниане» режиссер совершил собственную революцию: впервые показал в кино «вождя». Помимо огромного таланта, биографы отмечают обаяние и чувство юмора режиссера. К ученикам маэстро себя относят не менее знаменитые кинематографисты Григорий Чухрай и Андрей Тарковский, Георгий Данелия и Александр Митта. Корреспондент «Русской планеты» поговорила с потомком иркутян, знакомых с семьей Ромма, и его биографом.

Петербуржец из Иркутска

Михаил Ромм родился в самом центре Иркутска в начале прошлого века — в 1901 году. Правда, точную дату его рождения вычислили лишь недавно, в 2007 году: сначала писали, что она пришлась на 11 января, а нередко в биографии вообще указывали лишь год. Теперь, по данным городского госархива, известно: его день рождения был 21 февраля по новому стилю.

– Эту дату записали и в метриках иркутской синагоги. Ее прихожанами были родители режиссера, — знает внук хороших друзей Ильи и Марии Ромм Семен Юдкович. — Их семья жила по соседству с моими бабушкой и дедом на улице Медведниковской. Сегодня эта улица носит имя Халтурина. Но дома с номером три, где когда-то жили Роммы, уже нет. На его месте построили музейный центр, известный в Иркутске как Дом Рогаля. Рядом с ним еще стоит хорошо сохранившийся ровесник Михаила Ильича — дом Файнберга, где сейчас открыта библиотека Молчанова-Сибирского. Лишь недавно на здание прикрепили доску с именем известного режиссера из Иркутска.

В семье Юдковичей, помимо редких фотографий, сохранились записи о друзьях, родителях режиссера, сосланных в Сибирь из Санкт-Петербурга.

– Илью Максимовича Ромма, как верного социал-демократа, сослали в Сибирь в 1898 году по громкому делу «Рабочего знамени». В итоге Михаил Ильич стал иркутянином, хотя его старший брат — петербуржец. Их младшая сестренка Ида также родилась в Иркутске. Роммы долго не могли вернуться обратно в северную столицу, поскольку потом уже Марию Исааковну не выпускали из Сибири. Тоже из-за политики.

В годы революции Ромм, выпускник художественного училища, становится продагентом, в этом качестве отправляется в соседние губернии — забирать у крестьян «излишки хлеба».

– Вспоминать об этом Ромм очень не любил, — сообщает РП его иркутский биограф и большой поклонник режиссера Михаил Аксаментов. — Эта «работа» была ему не по душе, и вскоре он ее бросил. В 1920 году Ромм идет в Красную армию связистом. После становится инспектором при полевом штабе военсовета. Несмотря на творческий потенциал, который даже в эти годы заставлял его писать стихи, работе этой он был благодарен. За что? Он с армией объехал множество городов, впервые плотно познакомился с деревенскими жителями. В общем, по его выражению, «жизнь повидал с самых разных сторон».

После демобилизации Михаил вернулся к искусству, поступил на скульптурный факультет в столичном техинституте. Его портреты однокашников заинтересовали педагогов, признанных живописцев, и в целом он за годы учебы стал неплохим портретистом. В то же время Ромм знакомится с Владимиром Маяковским, увлекается прозой и с упоением пишет романы, повести и «дурацкие», по его выражению, стихи.

– Все это творчество он считал совершенно несерьезным и называл результатом исключительно своей неукротимой энергии и нетерпеливости, — замечает Аксаментов. — Спустя два года Михаил Ильич с братом и сестрой открывает труппу без режиссера, которая так и называется «Тр. без реж.», в которой он был и за режиссера, и за художника. Свои спектакли Ромм называет «левыми из левых». Младшие Роммы гордились, что они «левее самого Эйзенштейна», который в сравнении с ними казался консерватором.

Интересно, что вновь к режиссуре Ромм вернулся только в конце 20-х годов, когда вновь оказался в родном Иркутске. На военных курсах командир отделения заявил ему, что из-за «отрицательной внешности» актером ему не быть, и назначил его конферансье и помощником режиссера.

– Из конферанса Ромм запомнил такой случай под Иркутском: он вышел на сцену в тяжелых сапогах красноармейца, намереваясь выпорхнуть элегантно, и сразу упал в будку суфлера. Его «пропажа» со сцены привела сибиряков в восторг, — рассказывает биограф Ромма.

Серьезно в кинематограф Михаил пришел после смерти отца, когда ему пришлось окончательно выбрать одну профессию, чтобы содержать семью.

– Михаилу было 28 лет, когда он сделал, по его выражению, «очень ответственный шаг: решил стать кинематографистом». Его слова: «Почему? Да я подумал, что это дело безответственное, можно, наверное, халтурить», — цитирует ироничного режиссера Аксаментов. — Ромм сначала идет работать научным сотрудником по кино в один институт, где занимается реакциями детей на разные фильмы, а параллельно буквально наизусть учит все собранные там ленты. Этот способ для него стал «очень странным», по его выражению, способом учиться кино. Он считал, если человек знает, из чего складывается картина, то и сам может ее создать. Ромма можно было хоть ночью разбудить, он с ходу назвал бы номер любого кадра, сказал бы, что и кто там изображены, в каком положении.

Позже как ассистент режиссера Александра Мачерета он работает над лентой «Дела и люди». А уже в апреле 1933 года начинает работу на съемках собственной картины «Пышка» по повести де Мопассана.

– Ромм признавался в письме, что не очень понимал, как писать режиссерский сценарий. Однажды Эйзенштейн по этому поводу ему сказал: «Вижу, вы не знаете, что такое экспликация режиссера. Ну, ничего, картины можно снимать и без них». В итоге «Пышка», в которой впервые на экране появилась знаменитая Раневская, уже на следующий год вышла в кинотеатрах.

После неудачи с постановкой в 1937 году «Пиковой дамы» Ромм берется за амбициозную задачу в очень короткие сроки снять сразу две картины: «Ленин в Октябре» и «Ленин в 1918 году». Впервые на экране появляется образ Ленина, которого сыграл Борис Щукин, признанный двойник «вождя».

– Сам Ромм признавался, что однажды видел своего главного героя вживую. В начале двадцатых годов, когда Михаил Ильич торговал книгами на Таганке, в зале проводили митинг. Перед выступлением Ленин остановился возле лотка будущего режиссера, взял в руки одну из книг и спросил: «Что это за книга?» Ромм ответил, что не знает, тогда Ильич бросил: «Стыдно, милостивый государь. Что же это вы — не знаете, чем торгуете?» — рассказывает Аксаментов.

Мечта и война

В знаковом для режиссера 1941 году он работает над фильмом «Мечта», и последний день работы над лентой приходится на ночь с 21 на 22 июня. Запись звука команда закончила в 8 часов утра, режиссер поздравил всех с созданием картины, а спустя три часа узнал о нападении фашистской Германии на Советский Союз.

Великая Отечественная война изменила и жизнь, и творчество Ромма.

– Война разлучила его с семьей. В его сердце родилась ненависть к фашизму, которую он мастерски передал на экран. Начало новой теме положил фильм «Человек № 217» о девушке, угнанной из СССР к немцам, — рассказывает Аксаментов. — Только в 1963-м, спустя 20 лет после войны, он вновь взялся за эту тему, планируя крупную документалку о Третьем рейхе. Для этого Михаил Ильич со съемочной группой уехал в бывшие концлагеря на территории Польши, в Освенцим и Майданек. Потом в Варшаву за архивами, после — в Берлин, работать в хранилище фильмов.

Цитаты из сотни тысяч метров документальных съемок, частично доснятые сцены, а на звуковой дорожке — текст из уст самого режиссера. Вот и все, из чего создан «Обыкновенный фашизм», и этого было довольно, чтобы зритель выходил из зала потрясенным.

– Лента отрезонировала по всему миру. Фильм получил множество наград, в том числе Высший приз жюри немецкого кинофестиваля, но работа над ним отняла у Ромма очень много сил. Казалось, он заново пережил всю войну. В 1967 году у Михаила Ильича случился инфаркт, но немного оправившись от болезни, он вновь принялся за съемки: на очереди была трилогия «Мир сегодня». Съемки шли в Германии и Франции, были новые задумки. Друзьям он писал, что для их исполнения ему нужны еще 10 лет жизни, — делится сведениями из архивов иркутский биограф. — Судьба дала ему еще четыре года. Осенью 1971-го режиссер умер.

Съемки его последнего фильма «И все-таки я верю» закончили его коллеги Кирилл Лавров, Марлен Хуциев и Элем Климов.

– В картине звучит голос Ромма, будто он еще жив... — заключает Аксаментов.

Читайте в рубрике «Титульная страница» 26 вопросов по делу НемцоваПочему самое резонансное убийство последних лет сложно назвать раскрытым 26 вопросов по делу Немцова

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
История, политика и наука с её дронами-убийцами
Читайте ежедневные материалы на гуманитарные темы. Подпишитесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»